Снимок

 

Организм и среда — понятия, неотделимые друг от друга. Каж­дый организм неразрывно связан с той обстановкой, в которой он живет. Чтобы выжить, он должен приспособиться к этой об­становке. Разнообразные формы и краски в мире животных, как правило, являются результатом приспособления к той среде, в которой обитают животные.
Отправимся на север. Сначала идет необъятная мрачная тайга — непроходимые девственные леса. За ней — тундра, по­крытая лишь мхами и лишайниками. Далее перед взором путе­шественника развертывается необозримая равнина, одетая снежным саваном. За ней — холодное море, скованное ледяным панцирем, местами усеянное плавающими льдинами и айсбер­гами. Но и среди вечных снегов и стужи бьется жизнь. Живот­ный мир далекого Севера довольно разнообразен. Все животные имеют мех и оперение белого цвета: белый медведь, заяц-беляк, птицы — снежный подорожник, белый кречет, белая полярная сова. Белое одеяние одним из этих животных помогает пресле­довать добычу, другим — скрываться от врагов.
Оставим дальний Север и мысленно перенесемся в тропи­ки — туда, где вечно царит лето, где деревья никогда не сбра­сывают своего зеленого наряда. В темно-зеленой листве деревьев летает множество ярко окрашенных птиц. В окраске их опере­ния преобладают зеленые цвета. Есть среди птиц и совершенно зеленые: восточный голубь, травничок, зеленый попугай, зеле­ный пчелоед и много других. В траве встречаются зеленые змеи, ящерицы, лягушки, кузнечики, пауки, жуки. Зеленый цвет, преобладающий в тропическом лесу, как и белый цвет на дальнем Севере, дает возможность одним незаметно подкрады­ваться к своей добыче, а другим — скрываться от хищников.

Нечто подобное мы встретим и на голых каменистых равни­нах с желто-бурой глинистой почвой: птицы (жаворонок, ма­линовка, каменка), а также некоторые змеи, ящерицы и насе­комые по цвету своей окраски порой удивительно подходят к цвету окружающей их природы.
В Южной Африке часто встречаются крошечные птички аектарницы. Оперение у них чрезвычайно яркое. Их блестящий наряд, казалось бы, должен служить им во вред, поскольку он издалека бросается в глаза. В действительности это не так. Дело в том, что нектарницы проводят большую часть дня среди кус­тов алоэ, покрытых яркими цветами. Среди цветов они остаются незаметными для хищников. Название нектарницы не должно вводить нас в заблуждение. Эти изящные птички питаются не сладким соком цветов, а насекомыми, которые прилетают к цве­там за нектаром.




В Крыму встречаются различные виды кузнечиков. На морском берегу мы найдем кузнечиков таких же пестрых, как песок и галька. На лесных дорожках, покрытых опавшей желто-бурой листвой, встречаются кузнечики желто-бурого цвета, а в густой зеленой траве — кузнечики зеленого цвета.
На стволе дуба можно нередко заметить сумеречную бабоч­ку, известную под названием дубового шелкопряда. Когда она сидит неподвижно, прикрыв верхними крыльями свои яркие нижние крылья, то невозможно даже на близком расстоянии отличить ее от коры дуба.
На стволах деревьев и на стебельках травы встречаются клопы и жуки, напоминающие своим видом и окраской окру­жающие их предметы. Есть жук, похожий на комо­чек земли или небольшую песчинку, а в траве мы можем встре- тить жуков, удивительно похожих, благодаря перламутровому отливу окраски, на каплю прозрачной росы.
Из всего сказанного здесь мы можем заключить, что окраска помогает животным скрываться во льду, в траве, среди ярких цветов, земляных кочек и камней от преследования хищников или оставаться невидимыми, выслеживая намеченную жертву.
Такая подражательная окраска чаще всего наблюдается у животных, которые не имеют других средств защиты или напа­дения. Отсюда ее название — «покровительственная окраска», или «мимикрия».
Есть на свете много беззащитных и безобидных животных. Нет у них ни физической силы, ни быстрых ног, ни острых ког­тей или зубов. Между тем они продолжают существовать, про­изводят потомство, ибо в суровой борьбе за существование у них постепенно выработались особые средства защиты, среди которых защитная, или покровительственная, окраска пмеот очень большое значение.
Не только окраска, но и форма, общий внешний вид многих животных носят защитный характер. Известный английский натуралист Форбс описал в своей книге такой случай. Прогу­ливаясь однажды неподалеку от своего дома, он увидел на до­рожке красивого голубого мотылька, который сидел на пятне птичьего помета. Его это обстоятельство очень поразило. Он подошел к мотыльку, наклонился. Тот не двигался. Тогда он палкой прикоснулся к мотыльку — и что же? Крылья мотылька оторвались от тела, а то, что было похоже на птичий помет, бы­стро убежало в сторону. Это был паук, который и по своей форме, и по окраске напоминал кусочек птичьего помета. Стран­ная форма и подражательная окраска помогают такому хищ­нику, как паук, охотиться, оставаясь незамеченным.
Живя в Лондоне, я отправился однажды в зоологический сад. Там имеется огромный стеклянный павильон, предназна­ченный исключительно для тропических насекомых, редко встре­чающихся или вовсе не встречающихся в нашей стране. Каждый вид таких насекомых помещен в больших стеклянных шкафах, где приблизительно воспроизводится обстановка, в какой живут эти насекомые на родине.
Я подошел к шкафу, возле которого толпилась публика. Внутри шкафа находилась целая куча зеленых ветвей с довольно крупными листьями. Публика стояла в полном недо­умении: что, собственно, тут нужно смотреть? Многие, разоча­ровавшись, уходили. Я ждал, ибо знал, что найду тут нечто чрезвычайно интересное. И действительно. Стоявший подле шкафа сторож взял длинную палку, продвинул ее через отвер­стие в шкаф и пошевелил ветви. В тот же миг некоторые из зеленых листьев, покрывающих эти ветви, поползли в различ­ные стороны. Оказалось, что это особые насекомые, называемые движущимися листьями, или листотелами, насекомые, которые похожи на крупные зеленые листья дерева. Эти насе­комые живут среди зеленой листвы. Чрезвычайное сходство с листьями защищает их от насекомоядных птиц и млекопитаю­щих, так как делает их почти незаметными.
То же самое нужно сказать и о богомоле, обитающем на юге нашей страны.
Эти примеры говорят о том, что живые организмы приобре­тают не свойственный им вид в интересах самообороны или, на­оборот, нападения. Но все, только что рассказанное, ничто в сравнении с тем «маскарадом», который наблюдается в тропиче­ских странах. Животных, «подражающих» различным неоду­шевленным предметам, несравненно больше, чем можно пред­положить. Ярким примером могут служить бабочки. Только в лесах по течению рек Ориноко и Амазонки насчитывается около 50 видов бабочек, «подражающих» листьям растений.

Бабочка акреа — обитательница за­падных берегов тропической Африки. Окрашена она довольно ярко: по темно-серому фону ее крыльев раз­бросаны черные пятна и ярко-красные полоски. Эта ядовитая бабочка, которую птицы не трогают, сделалась объектом «подражания» для двух «соотечествен­ниц», принадлежащих к другим семей­ствам. Обе бабочки настолько на нее по­хожи, что во время полета могут быть легко приняты за настоящую бабочку акреа.
Среди бабочек выделяются своим спокойным полетом геликониды — ба­бочки с длинным телом и длинными пе- строокрашенными крыльями. По бело­му, коричневому или черному фону крыльев живописно разбросаны белые, желтые, красные пятна и полоски. Ниж­няя сторона крыльев так же окраше­на, как и верхняя, так что в сидячем

положении, когда крылья сложены, геликониду можно так же легко узнать, как и во время полета.
Сотни геликонид медленно и довольно неуклюже порхают в воздухе. Тут же поблизости носится множество насекомояд­ных птиц, на лету вылавливающих себе добычу. Но вот что удивительно. Геликонида редко делается их жертвой: только из­редка неопытный, только что оперившийся птенец схватит с налету красивую геликониду и сейчас же выбросит ее. В чем же тут секрет? Оказывается, красивые геликониды отвратитель­ны на вкус, и птипы, убедившиеся в этом, не соблазняются ими.
Однако есть съедобные геликониды. Рассмотрим одну из та­ких бабочек. Тот же внешний вид: длинные пестроокрашенные крылья с крапинками, пятнами и полосками. Но на этом сходст­во заканчивается: голова, усики, лапки совсем не такие, как у геликониды. Это совершенно другая бабочка, похожая на ге­ликониду по форме и окраске. Летая среди несъедобных гелико­нид, она в значительной мере защищена от насекомоядных птиц и млекопитающих.
Там, где водятся геликониды, встречаются бабочки, которые чрезвычайно похожи на ос. Бабочки отличаются от ос тем, что у них нет прекрасного орудия самозащиты осы — жала. Но насекомоядные птицы, обманываясь этим сходством, избе­гают их так же, как и ос.
Таких примеров можно было бы привести сотни. Но перей­дем к другому, :яе менее интересному для нас сейчас вопросу все на ту же тему: «Формы и краски в мире животных».

Кому из вас не приходилось встречать гусениц яркого голу­бого, зеленого, оранжевого, бурого цвета со всевозможными придатками в виде бородавок, рожек, щетинок и щёточек! Как изящно группируются эти точки и пятна на одноцветном фоне их одеяний! Снова встает вопрос: для чего все это? Казалось бы, ничего кроме вреда такая бросающаяся в глаза яркость и пе­строта принести не могут. Ведь насекомоядные птицы нещадно истребляют гусениц и, конечно, чем ярче они окрашены, тем легче их найти. Однако такой поспешный вывод не всегда пра­вилен. Многие из ярко окрашенных гусениц имеют отвратитель­ный вкус и запах, и насекомоядные птицы их не трогают. Сиг­налом, показывающим, что эти гусеницы несъедобны, является их яркая, бросающаяся в глаза окраска. Такую окраску при­нято в науке называть не покровительственной, или защитной, окраской, а окраской предостерегающей. Своим внешним видом гусеница как бы предостерегает врагов о том, что трогать ее не следует.
Итак, выгодно иметь окраску под цвет окружающей среды. Но еще выгоднее иметь «костюм по сезону», ибо вместе с сезо­ном зачастую сильно меняется и окраска среды. Такой одеждой наделен тот «подвижный лист», который мне приходилось на­блюдать в Лондонском зоологическом саду. Его зеленый наряд гармонирует с окружающей обстановкой. Со сложенными крыль­ями и подобранными лапками он похож на совсем молодой, только что выбившийся из почки лист. Но вот наступает осень — серая, лишенная живительных лучей солнца. Поблек и листотел: зеленый цвет крыльев становится буровато-желтым, и его нелегко разглядеть среди пожелтевшей листвы деревьев. Но это еще не все: На листовидных крыльях листотела показы­ваются грязно-бурые пятна, совсем как ржавчина, разъедающая осенний лист.
Другой пример, не менее интересный. Куропатка летом жи­вет среди скал, покрытых лишайниками. Окраска ее оперения очень похожа на цвет скал и лишайников — серая и пестрая.

Когда же наступает зима и все вокруг покрывается снегом, тог­да меняется и цвет оперения куропатки: она становится совер­шенно белой.
Хорошо «одеваться по сезону», но гораздо выгодней для животных обладать способностью менять свою окраску в любой момент применительно к окружающей среде. Таких примеров среди представителей животного царства мы имеем достаточно. Наиболее ярким из них оказывается всем хорошо известный хамелеон. Когда он сидит среди серых камней, то сли­вается с ними, но вот вы спугнули его. Хамелеон скрылся в зе­леной траве. Проходит несколько мгновений — и цвет его такой же зеленый, как окружающая среда. Вы гоните его на толстый бурый ствол дерева, и через несколько секунд зеленый хаме­леон уже такого цвета, как кора дерева.
Обитатели морей — камбала, осьминог и некоторые рачки — обладают такой же удивительной способностью, как и хаме­леон. Известно, что в коже этих животных имеются крупные пигментные клетки (хроматофоры), заключающие в себе пиг­ментные зерна. Эти клетки связаны тончайшими нервными во­локнами с нервно-мозговым аппаратом животного. Пигментные зерна имеют различный цвет, и в зависимости от перераспреде­ления их в кожных покровах животного получается соответ­ствующая окраска: цветные пятна, полоски, штрихи.
Под воздействием нервных раздражений пигментные клет­ки могут менять не только свою форму и объем, но и свое поло­жение — то опускаться в глубь кожных покровов, то выступать на их поверхности. В результате подобных изменений получает­
ся та удивительная игра расцветок и оттенков, которую мы на­блюдаем у некоторых животных и, в частности, у хамелеона. Если хамелеону залепить воском глаза или перерезать зритель­ные нервы, то он потеряет способность изменять цвет своих на­ружных покровов. Эти опыты убеждают в том, что деятельность пигментных клеток у хамелеона находится в непосредственной связи с работой его зрительного аппарата.
Говоря о формах и красках среди животных, необходимо обратить внимание на одно чрезвычайно важное обстоятельство. Для того, .чтобы листотел, хамелеон, бабочка геликонида и все другие животные, обладающие покровительственной формой и окраской, могли использовать эти приспособления, им необходи­мо обладать соответствующими среде и обстановке привычками и инстинктами. Поэтому, наряду с покровительственной окрас­кой и защитной формой, у животных развиваются необходимые для использования этих приспособлений инстинкты и повадки.
Все, что сказано в этом очерке, составляет лишь ничтожную долю того, что можно сказать о красках и формах у животных. Приподнят лишь край завесы, за которой скрывается богатей­ший арсенал самых разнообразных приспособлений, имеющихся у животных и постепенно выработавшихся у них в многовеко­вой борьбе за существование.

Print Friendly

Это интересно: