hq-wallpapers_ru_abstraction3d_34215_1280x1024

где сейчас живет мария шукшина Еще мальчиком я совершил путешествие из Москвы на юг Греции, и среди детских воспоминаний осталась на всю жизнь передо мной картина сме­ны красок, которая развертывалась по мере того, как мы под­вигались к югу.

http://intelligentmultimediaja.com/community/dolzhnostnie-instruktsii-mashinist-traktorista.html должностные инструкции машинист тракториста Я помню ясный день в Москве, серую однотонную землю, серокрасные, бурые глины серозема центральной России. Мне помнится затем более пестрая картина черноземной окраски окрестностей Одессы, освещенных яркими лучами весеннего южного солнца. Вспоминаю, как изменились эти краски, когда мы вошли в Босфор: синева воды, каштаново-бурые почвы, воз­деланные под виноградники. И, наконец, я как сейчас вижу пейзаж южной Греции,— темно-зеленые кипарисы, красные почвы и красные натеки окислов железа среди белоснежных известняков. Я помню, как резко врезалась в мое воображение эта картина смены цветов и как настойчиво просил я отца объяснить мне, почему же так меняются краски. Лишь через много лет я понял, что передо мной прошел один из величайших законов земной поверхности, закон тех окислительных химиче­ских процессов, которые так по-разному протекают на различ­ных широтах Земли.

http://sht-ug.ru/dat/porno-molodih-ruskih-devochek.html порно молодых руских девочек С тех пор мие пришлось очень много путешествовать начиная от сплошных лесов тайги, равнин, тундр и полярных океанов, вплоть до снежных высот «крыш» мира» — Памира. И каждый раз передо мною снова, но в го­раздо большем масштабе вставала картина этих разнообразных химических реакций и разной судьбы атомов на поверхности Земли от самой глубокой Арктики до знойных субтропиков.

глория джинс каталог одежды 2017 для детей Вокруг старого архипелага Свальбард, в который входят ост­рова Шпицберген, сплошные льды. Мертвая ледяная пустыня. Никаких химических реакций, породы не разрушаются в глины или пески, действие морозов распространяется вглубь, образу­ются грандиозные осыпи. Только изредка на птичьих базарах скапливаются остатки органической жизни, и потеки фосфатов являются почти единственными минералами среди сплошного льда. Столь же медленно протекают химические реакции южнее, в нашем Кольском или Уральском Заполярье. Как свежи все породы на Кольском полуострове! Вы можете в холодное утро в бинокль наблюдать породы за десятки километров так, как буд­то вы рассматриваете их в музее. Тоненькие пленки бурых оки­слов железа видны на огромных пространствах. Лишь в низи­нах накапливаются торфяники, медленно сгорает органическое вещество растений, превращаясь в бурые гуминовые кислоты, и весенние воды уносят их вместе с другими растворимыми со­лями, окрашивая пласты студнеобразных масс торфяников и сапропелей на озерах и болотах.




знакомство в калининграде Южнее, в окрестностях Москвы, можно наблюдать другие химические реакции. Тут то­же медленно протекает сгора­ние органического вещества, те же бурные весенние воды растворяют железо и алюми­ний, белые и серые пески окружают окрестности Мос­квы, синие прослойки фосфа­тов яркими пятнами выделя­ются на пространстве огром­ных торфяников.

http://rjbwoodwerks.com/tech/kak-sdelat-shproti-iz-rechnoy-ribi.html как сделать шпроты из речной рыбы Далее к югу постепенно меняются краски, изменяется ход химических реакций, ато­мы попадают в новую обста­новку. Мы видим, как черно­земы Среднего Поволжья сменяют серые глинистые почвы Подмосковья. Мы ви­дим, как постепенно яркое солнце видоизменяет поверх­ность Земли, вызывая все бо­лее бурные, все более энер­гичные химические процессы. Уже в Заволжье мы встречаемся с новыми природными реакциями: мы попадаем в огромный соляной пояс, который тянется от границ Румынии через Молдавию, по склонам Се­верного Кавказа, через всю Среднюю Азию и заканчивается на берегах Тихого океана. Накапливаются различные соли хло­ра, брома и йода. Кальций, натрий и калий являются металла­ми этих солей в лиманах и в умирающих озерах, десятки ты­сяч которых разбросаны на территории этого пояса. Здесь идет сложный процесс образования осадков. Еще южнее мы попадаем в область пустынь. Туг новая кар­тина встает перед нашими глазами: огромные солончаки белы­ми полями пестрят среди зеленых пятен степной растительно­сти, пересекаемых шоколадно-красными водами Аму-Дарьи. Яркие краски говорят нам о новых химических реакциях, ато­мы перемещаются и приобретают в песках новые химические равновесия. Одни накапливаются в виде песков, образующих пустыни, другие растворяются, переносятся ветрами и бурным тропическим дождем и оседают в солончаках и шорах среди пустынь.

полезен ли йогурт Но еще более яркие краски мы видим в предгорьях Тянь- Шаня. Здесь бурные химические реакции встречаются на каж­дом шагу, и пути странствования атома на поверхности Земли очень сложны. Я не могу забыть моих впечатлений от тех яр­ких и пестрых цветов, которые бросились мне в глаза, когда я посетил впервые одно замечательное месторождение. В моей книжке о цветах камней я описал эту картину в следующих, словах: «Ярко-синие и зеленые пленки медных соединений покры­вали обломки пород, то сгущаясь в оливково-зеленые бархати­стые корочки ванадиевых минералов, то сплетаясь лазоревыми, и голубыми тонами водных силикатов меди.

порно фото секс русских жен Пестрой гаммой тонов лежали перед нами многочисленные соединения железа — гидраты его окиси: то желтые, золоти­стые охры, то яркокрасные маловодные гидраты, то буро-чер­ные сочетания железа и марганца; даже горный хрусталь приобретает здесь ярко-красные цвета «кампостельского руби­на», прозрачный барит делается желтым, бурым, красным «руд­ным баритом»; на розовых глинистых осадках пещер выкристал­лизовываются красные иголочки алаита — свободной ванадиевой кислоты, а на белых костях человеческого скелета — яркие зеле­но-желтые листочки вновь образовавшегося минерала…»

договор на оплату электроэнергии образец Картина пестрых, ярких тонов незабываема, и геохимик с вниманием присматривается к ней, стараясь разгадать ее. Он видит прежде всего, что все соединения находятся в сильно окисленном виде, и самые высокие степени окисления марганца, железа, ванадия и меди характеризуют эти минералы; он знает, что этим они обязаны южному солнцу, ионизированному воздуху с его кислородом и озоном, разрядам электриче­ства в часы тропических гроз, когда идет превращение азо­та в азотную кислоту.

http://iborme.com/love/domashnie-seks-porno-foto-britie-pezdi-zrelih-krasivih-tolstozadih-zhenshin.html домашние секс порно фото бритые пезды зрелых красивых толстозадых женщин Но стрела уносит нас еще дальше за границы песков. Поднимаясь на высоту в 4 тысячи метров, вы снова попадаете в пустыню, но пу­стыню льда: вы здесь не ви­дите ярких красок, ни стран­ствований атомов, которые только что наблюдали в низи­нах Средней Азии. Перед ва­ми почти такая же картина, как на Новой Земле или Шпицбергене. Всюду гранди­озные осыпй механических осадков, свежие горные поро­ды почти не знают химиче­ских реакций, и только кое-где среди снегов и льдов выцветы одиноких солей и скопления селитры.

http://constell-group.com/community/gorlo-bolit-i-cheshetsya-chem-lechit.html горло болит и чешется чем лечить Эта картина напоминает арктические пустыни; и лишь ред­кие грозы с сильными молниями говорят о жизни и образуют в воздухе разряды электричества, создают частицы азотной ки­слоты, оседающей в виде селитры в высокогорных пустынях Па­мира и в еще более грандиозных количествах в пустыне Ата­кама в Чили.

Но протянем нашу стрелу дальше, через высоты Гималаев, я мы снова увидим яркие краски южных субтропиков. Непре­рывные теплые дожди сменяются тропическим сухим летом, и сложнейшие химические реакции происходят на поверхности земли, перенося растворимые соли, накапливая громадные тол­щи красных осадков, руд алюминия, марганца и железа. Дальше показываются кроваво-красные латеритные почвы Бенгалии. Иногда в диких смерчах поднимаются они вверх. Вот шоколадно-красные тона почв тропической Индии; свер­кают накаленные солнцем обломки пород, покрытые как бы лолуметаллическим лаком, и только изредка видны залегания «ванн» белой и розовой соли, перемежая эту картину красных почв индийских субтропиков. Еще живее и шире раскрывается, картина странствования атомов на юге Индии, там, где изумрудно-зеленые воды Индий­ского океана омывают красные берега, а вулканические извер­жения базальта приносят из глубин свое дыхание.

Сложные химические образования на каждом шагу разнообразят картину морского дна, начиная с мелководного при­брежья с его раковинами, мшанками и кораллами, кончая глу­бинами с коралловыми рифами и грандиозными скоплениями коралловых известняков. В глубинах, в иле, там, где накапливаются остатки скелетов живых организмов, образуются фосфорные соли в виде желва­ков фосфоритов. Радиолярии с их панцирями из кремнезема, принесенного реками, строят свои ажурные раковинки, а фораминиферы, строя свои скелеты, поглощают барий и кальций. Так быстро сменяются атомы от Арктики до субтропиков, и так грандиозны процессы странствования отдельных элементов на поверхности Земли.

Что обусловливает это различие в ландшафтах дальнего севера и тропического юга? Мы знаем сейчас, что оно вызвано действием солнечных лучей, выгоранием, обилием влаги и вы­сокими температурами земли. Оно вызвано бурно развивающей­ся органической жизнью, требующей огромного количества различных атомов. Мощные скопления остатков живой клетки на горячем южном солнце разлагаются в углекислоту, которая насыщает воду своими кислыми растворами.

Скорость химических реакций повышается на юге во много раз, ибо мы, геохимики, хорошо знаем одно из основных правил химической науки, что в большинстве случаев увеличение температуры на каждые 10 градусов повышает вдвое скорость обычных химических реакций. И нам становятся понятными и неподвижность атомов в арктической пустыне, и сложные пути их странствования в субтропиках и пустынях юга. Мы видим, что можно говорить о химической географии, что мир природы с ее раз­нообразием материков и стран связан прочными нитями с теми химическими процессами, которые идут вокруг.

Среди факторов, определяющих ход геохимических про­цессов, все большее значение приобретает сам человек. Его ин­тенсивная деятельность за последнее столетие была связана со средними широтами, и лишь постепенно он начинает осваивать ледяные пустыни Арктики и Антарктиды и овладевать песча­ными пустынями юга. Он приносит свои новые, сложные хими­ческие реакции и нарушает природные процессы, возбуждая но­вые движения и странствования нужных ему атомов. Новая хи­мическая география давно уже наметилась установлением основ почвоведения, той науки, родина которой — Россия и будущее которой — плодородие наших полей.

И мы вспоминаем, как в восьмидесятых годах прошлого сто­летия в небольшой аудитории Петербургского университета знаменитый «отец почвоведения» В. В. Докучаев в блестящих лекциях раскрывал увлекательные картины новой науки, рисуя те почвенные пояса, которые покрывают всю Землю, начиная с полярных тундр и кончая пустынями юга.

Тогда его прекрасное построение нельзя было еще переве- -сти на язык химии. Но сейчас, когда химия мощно врывается в область геологической науки, когда агрохимики стали упра­влять жизнью растений и теми реакциями, которые происходят в почве, когда геохимики охватывают своими исследованиями все области странствования атомов,— мы начинаем понимать те •сложные пути, которые проходит каждый атом в разных ши­ротах нашей Земли.

А между тем прошлое учит нас, что эти широты менялись. В течение почти двух миллиардов лет менялась жизнь нашей земной коры, изменялось положение полюсов, горные хребты сначала вздымали свои снежные вершины лишь в полярных стра­нах, и постепенно складчатость перемещалась на юг, образуя такие хребты, как пояса Альп и Гималаев. Перемещались с севера на юг и большие моря, опоясывающие Землю; менялись пояса, менялись условия ландшафта. В каждом месте много раз сменялись моря горами, горы — пустынями и снова морями.

Так в долгой геологической истории Земли менялся и ход химических реакций и странствования отдельных атомов, а поч­венные и поверхностные покровы в каждом данном месте зем­ного шара есть лишь отражение тех химических судеб, которые испытывали атомы в долгие периоды разнообразной истории нашей Земли.

Сейчас мы знаем, что все живет, все течет, все меняется во времени и пространстве, и среди природы самым подвижным, постоянно ищущим новых путей является атом, первозданный кирпичик, из которого строятся самые замечательные постройки мира, который вечно ищет покоя и равновесия, покорный основ­ным законам природных процессов. Ищет — но не находит и не найдет никогда, так как в при­роде нет покоя, а есть только вечная материя в вечном движе­нии…

 

Print Friendly

Это интересно: